Loading...
Loading...
НовостиПолитика

“Научимся управлять домом, а потом государством”

Юлия Каценко отказалась снимать свою кандидатуру с муниципальных выборов в ответ на требование своего руководства. Активистка работала в дочерней организации Сбербанка – фонде «Вклад в будущее». Юлия Каценко рассказала, что ее поставили перед выбором: продолжение карьеры или участие в муниципальных выборах, не дав возможности обдумать это решение. Она, не раздумывая, предпочла свою избирательную кампанию в не самом благополучном районе Москвы Бирюлево Восточное. Юлия Каценко рассказала Радио Свобода, как помочь избирателю окраины Москвы преодолеть чувство безысходности и о своем отношении к эмиграции.

– Почему вы решили принять участие в муниципальных выборах?

– Все началось почти год назад. Осенью прошлого года погиб мой отец, и в такой ситуации у меня был порыв чем-то помочь людям. Мне захотелось больше отдавать другим. Мне в целом нравится работать с людьми. Я во время прогулки увидела жителей нашего района, которые сажали деревья. Я им помогла, мы познакомились, и я начала включаться в работу по благоустройству нашего района. Позже я участвовала в работе избирательной комиссии на выборах в Госдуму, познакомилась с одним из кандидатов, и он мне предложил принять участие в муниципальных выборах.

– Какое у вас образование?

– Бакалавриат в РЭУ им. Г. В. Плеханова по направлению “менеджмент” и магистратура по специализации “международные отношения” в НИЯУ МИФИ. Я училась в аспирантуре Российской академии наук, я сдала экзамены, но диссертацию пока не защитила.

– Почему вы выбрали работу в Сбербанке?

– Меня привлекла возможность работать в сфере образования, взаимодействовать с вузами.

– Каким образом вас заставили уволиться?

меня поставили перед выбором: либо я снимаю свою кандидатуру либо увольняюсь

– Руководство вызвало меня на разговор, сказав, что это связано с новой системой рисков для банков. Я работала в дочерней структуре Сбербанка, в фонде. Новый закон об иноагентах разрешает признавать человека или организацию иноагентами на основании любого занятия политической деятельностью. Руководство Сбербанка сказало, что мое участие в муниципальных выборах – это риск для компании. И они поставили меня перед выбором: либо я снимаю свою кандидатуру либо увольняюсь.

– Но вы объяснили руководству, что муниципальный депутат, главным образом, выполняет хозяйственную работу и его полномочия очень небольшие?

– Я им говорила: “Понимаете, я даже даже не политик, а общественный деятель. Полномочия муниципального депутата мельче некуда: лавочки и клумбы. В моей избирательной кампании совсем нет серьезных политических слоганов”. Они ответили: “Все равно это политическая деятельность”. Видимо, руководство решило подстраховаться. Мне не дали времени на обдумывание решения и сказали, что оно, скорее всего, у меня уже готово. Они со мной общались в тоне, в котором с сотрудниками, да и вообще с людьми, не разговаривают.

– Может быть, руководство Сбербанка решило уволить вас после суда над муниципальным депутатом Алексеем Гориновым и ареста муниципального депутата Ильи Яшина?

– Они, вероятно, не знают, кто такие Горинов и Яшин. Лишь мы, активисты, следили за историей Горинова, и приговор ему большая боль, конечно. Я думаю, закон об иноагентах повлиял на их решение.

– Почему вы так быстро между стабильной работой в корпорации и выборами в муниципальные депутаты выбрали второе?

Я приняла решение по зову сердца. Конечно, хорошо, когда есть зарплата, но человечное отношение значит для меня больше. Все время я сейчас хочу посвятить моей избирательной кампании. Я вижу от жителей района, когда мы ходим с агитацией по квартирам, много благодарности за решение идти на выборы.

– На что жалуются, как правило, ваши избиратели?

Мы хотим, чтобы наш район перестал иметь репутацию района для гопников

На некачественный капитальный ремонт. Женщина с инвалидностью недавно жаловалась на пандус, который не дает возможности подниматься.

– Что вы можете предложить вашим избирателям? Чем вы лучше других кандидатов?

Большинство кандидатов в муниципальные депутаты, – как правило, от “Единой России”, – не живут в этом районе. Им выше спустили приказ, а мы такие же жители Бирюлева, как и наши избиратели. Другие кандидаты в муниципальные депутаты в моей команде, прежде чем выдвинуть свои кандидатуры на выборы, много сделали для жителей своих домов. Мы – жители нашего района – объединились в коалицию, чтобы чиновники не присылали нам отписки, а работали в ответ на обращения. Мы хотим, чтобы наш район перестал иметь репутацию района для гопников. Некоторые избиратели говорят, мол, мы молодые и ничего сделать не сможем, а единороссы почетные и заслуженные. Мало веры у жителей в перемены. Многие люди даже не знают, что у них есть право формировать запрос, а власть будет обязана ответить на него. Мне хочется, чтобы граждане проснулись и захотели для себя лучшего.

– Илья Варламов назвал Бирюлево худшим районом Москвы. Бирюлёво (и Западное, и Восточное), который традиционно поддерживает действующую власть. Вы согласны с такой оценкой?

Бирюлево район как район. В этом районе есть благополучные места и требующие благоустройства пространства. Около спецприемника вечером не очень приятно ходить, в той части района утром много людей с пивом в руках. Мне бы хотелось общественными силами усилить меры по безопасности района, чтобы людям не было страшно возвращаться домой одним, когда стемнеет. Я некоторое время жила на окраине Бирюлева. Там было ощущение гетто: постоянные разборки, музыка из машин на всю громкость по ночам и публика, которую опасно просить уменьшить громкость. Сейчас я живу в более комфортном месте Бирюлева. И в целом, я думаю, в Бирюлеве можно жить и растить детей.

– Анонсируя свое участие в выборах, вы написали в социальной сети: “После 24 февраля кажется бессмысленным и страшным заниматься локальной политикой и общественными кампаниями на фоне глобальной геополитической трагедии». Почему вы высказались именно так?

Юлия Каценко. Фото Сергея Самсонова

Состояние “я не вне политики” начинается, когда человеку становится небезразлично происходящее за пределами его квартиры

24 февраля произошел крах внутренней системы ценностей. Я думала: “Какое благоустройство, когда людей убивают». И мне казалось бесполезным заниматься лавочками, когда такое происходит. Потом пришло понимание: демократии нужно начинать учиться с малого, например, с управления многоквартирным домом. Состояние “я не вне политики” начинается, когда человеку становится небезразлично происходящее за пределами его квартиры. Жители должны понять, что это они управляют домом, заявлять о своих правах и быть активными. Научимся управлять многоквартирным домом, значит, научимся управлять государством. Мы уже помогаем жителям разобраться в этих вопросах. Вчера приходил представитель контролирующего органа. Я посоветовала жителям сделать фотографию акта проверки. В целом у меня создалось впечатление, что жители нашего района хорошие, но беззащитные и неуверенные в собственных силах. Мы уже научили их направлять обращения в “Наш город” и ГБУ “Жилищник” . Но все равно большинство избирателей говорит, что чувствует безысходность.

– Безысходность в решении даже бытовых вопросов?

Именно. Вчера была на поквартирном обходе, и одна жительница сказала, что они добиваются установки козырька над подъездом, такой мелочи, уже год.

– Но гражданское общество разные люди и организации пытаются создать уже давно. Почему, на ваш взгляд, результат оставляет желать лучшего?

Я наблюдаю на муниципальных выборах, что нет единства оппозиции. Межвидовая борьба, которая происходит в российской оппозиционной политике, не дает выступить единым фронтом. Я думаю, сейчас ради перемен нужно пожертвовать своими амбициями. Наша команда самовыдвиженцев объединилась с кандидатом в муниципальные депутаты, врачом скорой помощи, он идет на выборы от КПРФ. И эта партия не стала выдвигать в нашем районе много своих кандидатов, чтобы нам не мешать. Надо уметь общаться и договариваться с разными людьми ради общих целей.

– Вы не задумываетесь об эмиграции?

Моя страна – это не государство, а люди, которые мне небезразличны

Мне некуда ехать, если честно. Многие люди ведь именно по этой причине остаются в России. В части прав и свобод в России сложно, но, значит, надо за это бороться. Я выбрала быть с моей страной, пока это возможно. Моя страна – это не государство, а люди, которые мне небезразличны. Мне близки слова Юрия Шевчука на эту тему. Я уважаю его за эти слова, тем более Шевчук живет в России сейчас. Из публичных личностей он мой герой.

– Вам не хотелось уехать из России, чтобы не чувствовать вину за действия российских властей в Украине?

Коллективной вины нет, но я чувствую ответственность за выбор, который сделало руководство моей страны. Это шок и наша национальная трагедия, и я, конечно, за мир на всей территории Украины. Культурная отмена России – это тоже наша трагедия. Мы за это отвечаем и будем отвечать дальше. И эмиграция не избавит меня от этой ответственности. Мы этот крест будем нести сами, но в наших руках минимизировать эти последствия и сохранить нашу культуру и наследие.

«24 saat»

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Back to top button
Подписаться на новости

Подпишитесь на наш еженедельный информационный бюллетень ниже и никогда не пропустите новейший продукт или эксклюзивное предложение.