Loading...
Loading...
Украина

«Я лично был свидетелем того, как их гнали на наши пулеметы». Интервью командира украинского батальона «Свобода», воюющего на Донбассе

Армия РФ продолжает наступление на Донбассе. Украинские военные ради сохранения личного состава и техники предпочитают временно отступить. О текущей ситуации на фронте, о планах и настроениях бойцов в эфире Настоящего Времени рассказал Петр Кузик, командир украинского батальона «Свобода», воюющего на Донбассе.

– В американском Институте изучения войны говорят, что Россия готовит наступление сейчас на Бахмут и Северск в Донецкой области. Подтверждается это и вашей информацией? И можете ли предположить, каким будет это наступление?

– Да, это очевидно. Очень большие потери, когда штурмовали Рубежное. И им нужно сейчас подвезти новые резервы, поэтому они обрабатывают сейчас эти места. Тактика не меняется: это артиллерийский террор. Они ведут артиллерийский огонь практически без разбора.

– В этом же институте говорят, что российское наступление вряд ли будет успешным. А вы как считаете?

– Я знаю, что оккупанту будет тут очень непросто, потому что те попытки атак, которые они предпринимали буквально накануне, были просто уничтожены. Они об этом сейчас не говорят, потому что есть такая завеса, что они зашли в Лисичанск. Но те попытки, которые они предпринимали после этого, полностью были уничтожены. Возможно, это связано с тем, что у них очень много выбитых подразделений и еще не подошли свежие подразделения. А возможно, просто с тем, что их потенциал падает.

– Британская разведка говорит, что, наоборот, российским войскам наконец удалось наладить эффективную коммуникацию на Донбассе. Вы заметили в коммуникации какие-то изменения?

– Да, и это тоже, к сожалению, правда. Где у них есть преимущество: в количестве танков, в количестве артиллерийских стволов и боекомплектов. И коммуникация между корректировщиками БПЛА (беспилотные летательные аппараты) и артиллеристами, честно говоря, у них стала намного качественнее. Они знают, что это их преимущество. Они понимают, что у них есть преимущество в количестве стволов танковых, артиллерийских. И это их единственное преимущество, и они активно его используют.

По моему мнению, эволюция украинских контрбатарейных систем растет намного медленнее, чем мне хотелось бы. Но очевидно растет. Вы видели в Северском Донце, как пусть и уже не очень быстрыми темпами, но очень эффективно уничтожается их артиллерия. Сейчас эти темпы наращивают. Если эти темпы удастся сберечь, то это будет переломным моментом.

– Как бы вы еще нашим зрителям, которые не военные люди, объяснили вообще в целом ситуацию на фронте?

– Она тяжелая, потому что нашим украинским защитникам приходится выдерживать шквальные артобстрелы. Мы считали, что нам просто не давали высунуть голову из укрытия за час. Это довольно неприятная с непривычки ситуация. Но, во-первых, наши бойцы уже к этому привыкли. Во-вторых, мы эффективно защищаемся. Настроение у нас такое, что мы ждем приказа к наступлению. Нам всегда тяжело оставлять украинские города, отходить. Более того, миф, и даже я был в его власти, что Донецкая и Луганская область поддерживают российскую оккупацию. Это неправда. Население настроено проукраински и поддерживает украинскую армию. Кроме того, украинская армия с каждым днем становится все сильнее.

Я бы не хотел успокаивать, становится очень сложно, здесь действительно адские условия работы. Но мы к ним уже привыкли. И довольно эффективно защищаемся. И ждем, мечтаем о приказе к наступлению. Верю в то, что рано или поздно, когда все силы и средства необходимые будут, мы очистим Украину до границ.

– А сейчас не хватает оружия для того самого приказа о наступлении? Правильно ли я понимаю?

– Абсолютно. Вы правильно понимаете. Оно есть, но его критично мало. Но оно очень эффективно работает. Уничтожаем командные центры оккупантов, склады с боеприпасами, уничтожаем их батареи, но оружия нужно больше, намного больше. Мы готовы ждать столько, сколько надо, мы выдержим, я даю слово. Мы выдержим столько, сколько надо. Паники никакой нет, подразделения очень злые, потому что нам приходится отходить от украинских городов. И все хотят вернуть эти города обратно. Я говорю не только про свои подразделения, я разговаривал с коллегами из смежных подразделений: у всех одинаковое настроение. Все понимают, что надо немного потерпеть, немного сжать зубы и потом двигаться вперед.

– Можете ли вы оценить потери украинской армии сейчас в боях за Донбасс?

– Хочу, чтобы вы меня правильно поняли. Потери украинской армии и моих подразделений для меня катастрофические. Но если говорить статистикой, то они намного ниже, чем у оккупантов. Но качество одного украинского воина, его жизнь стоит намного больше, чем тысячи жизней оккупантов, потому что с нашей стороны воюют люди, которые осознанно защищают свою родину, свою страну. А со стороны оккупанта – там тоже люди, я понимаю, но у меня нет каких-то чувств к ним. Их ценность для меня нулевая.

– Хочу, чтобы вы меня правильно поняли. Потери украинской армии и моих подразделений для меня катастрофические. Но если говорить статистикой, то они намного ниже, чем у оккупантов. Но качество одного украинского воина, его жизнь стоит намного больше, чем тысячи жизней оккупантов, потому что с нашей стороны воюют люди, которые осознанно защищают свою родину, свою страну. А со стороны оккупанта – там тоже люди, я понимаю, но у меня нет каких-то чувств к ним. Их ценность для меня нулевая.

Я был свидетелем, я полевой командир, я лично работаю на позициях, я лично был свидетелем того, как их гнали на наши позиции, на наши пулеметы. Они залегли, и их командиры просто поднимали их в атаку. Мы, конечно, смеялись долго, они посылали командира вслед за русским кораблем. Но я видел, что это нелогичные атаки, их просто гонят на наши позиции, у них есть какие-то сроки и санкции за невыполнение этих сроков. Но вообще неразумно наступать в таком количестве на укрепленные позиции. И мы уничтожали их просто массово. И их такое наступление захлебнулось не просто потому, что там снарядов не хватает, им нужно пополнение живой силы.

Они ежедневно теряют намного больше, чем наши бойцы. Но качество их бойцов, сколько бы мы их ни уничтожали, очень тяжело мне терять своих бойцов. У нас погибло 16 бойцов. И для меня это страшные потери, причем гибли командиры подразделений, разведчики, очень много раненых, потому что осколки из-за очень плотного артиллерийского огня. Но в таком соотношении боекомплекта, оснащения и живой силы мы хорошо работаем, качественно. А потом уже грустить по побратимам будем после победы.

currenttime

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Back to top button
Подписаться на новости

Подпишитесь на наш еженедельный информационный бюллетень ниже и никогда не пропустите новейший продукт или эксклюзивное предложение.