Loading...
Loading...
Украина

Прецедент для будущих судов. Правозащитник – о пожизненном сроке Вадиму Шишимарину за военные преступления в Украине

Соломенский райсуд Киева приговорил 21-летнего российского военного Вадима Шишимарина к пожизненному лишению свободы по делу об убийстве 62-летнего мирного жителя Сумской области Александра Шелипова. Суд отклонил показания обвиняемого и адвоката о том, что российский военный не собирался убивать Шелипова.

Шишимарин – командир отделения 4-й танковой Кантемировской дивизии Московской области. Это первый судебный процесс такого рода с начала вторжения России в Украину 24 февраля 2022 года.

Об этом мы поговорили с правозащитником Александром Павличенко.

— Как вы можете прокомментировать этот приговор? Вы согласны с квалификацией действий Шишимарина как нарушение обычаев войны?

— Во-первых, не совсем благородное дело – комментировать решение суда. Оно уже принято. И мы можем его либо обжаловать, что может быть сделано в апелляционной кассационной инстанции, или мы должны с ним соглашаться.

Что касается важности этого решения. Да, это, по сути, первый прецедент, который будет формировать судебную практику, на который будут ориентироваться в следующих решениях – на такой вот прецедент. С точки зрения квалификации – я здесь не совсем согласен, что здесь чистая 438-я статья, часть 2, – то, по чему обвинен Шишимарин и осужден на пожизненное лишение свободы. То, что здесь есть умышленное убийство, – это однозначно. Мы знаем, что было четыре выстрела из автомата и одна из пуль попала в голову и убила. Выстрелы производились с целью убить. Если бы он хотел остановить этого прохожего, чтобы он якобы не сообщил о передвижении этой группы российских военных, он мог бы сделать предупреждающий выстрел.

Да, на самом деле это подпадает под категорию военных преступлений в том случае, если бы было четко установлено, что было умышленное убийство обычного гражданского лица. Скажем, остановились в селе, взяли заложника, расстреляли. Вне всяких сомнений это была бы чистая 438-я статья, 2-я часть. Здесь есть этот маленький нюанс – подозрение в том, что этот житель села, который передвигался на велосипеде, поднял телефон и сообщал о передвижении этой военной группы. И мы знаем, что через несколько десятков минут эта группа была расстреляна из засады благодаря тому, что сообщили об их передвижении. И трое охотников – просто феноменальные храбрецы, которые из гладкоствольного оружия открыли огонь по автоматчикам и заставили их обратиться в бегство, причем тяжело ранив одного, фактически убив, и [в результате] задержали эту группу. Опасаясь такого финала, они могли подозревать, что такой житель мог просто передавать информацию об их передвижении. Но для того, чтобы прекратить этот процесс, были другие способы: можно было отобрать телефон, можно было выстрелить в другие части тела, не убивая, не нанося ущерб жизни этому человеку.

Поэтому в любом случае это было умышленное убийство – это однозначно. Квалификация по 438-й статье здесь может быть оспорена. Но, опять-таки, это будут дальнейшие юридические процедуры.

— Где она может быть оспорена?

— Это будет оспорено в апелляционной инстанции, это может быть оспорено в кассационной инстанции точно так же по процедуре, потому что это вопрос еще и процедурных решений избрания именно такой квалификации прокуратурой и судьей для того, чтобы вынести приговор. Но, повторюсь, и по 115-й статье, и по 438-й статье, части 2, практически одинаковое предусматривается наказание. И там и там может быть пожизненное лишение свободы. Поэтому сама квалификация может быть параллельной. И говорить о том, что здесь не было умысла на убийство, – это тоже не совсем корректная позиция. Ну адвокат занял такую позицию, защита старается выходить из этой диспозиции. Но однозначно это не будет принято судом.

— Допускаете ли вы обмен Шишимарина и других российских военных, по которым украинские суды будут выносить приговоры? Насколько мы понимаем, по украинскому законодательству, если приговор пожизненный, то обменивать человека нельзя.

— Нет такой нормы. Не могу вам сказать, что есть какой-то запрет. Во-первых, слова «обмен» как такового нет. Была процедура взаимного освобождения осужденных, которые были с разных сторон. Захватывала и Российская Федерация в оккупированном Крыму, на территории оккупированных Донецкой и Луганской областей. И точно так же боевиков, коллаборантов, непосредственно участников военных формирований Российской Федерации захватывали в плен и судили по уголовному законодательству на украинской территории под украинской юрисдикцией. И потом осуществлялись так называемые взаимные освобождения. Последнее было в 2019 году.

Процедура взаимного освобождения предполагала юридическую очистку. Что это значит? Все материалы подавались на Комиссию по вопросам помилования при президенте Украины – это по украинской стороне. Я как раз член этой комиссии, эти материалы проходили и через меня. И комиссия на своем заседании принимает решение о том, что эти ходатайства рекомендуются к удовлетворению президентом. Президент принимает решение, и фактически приговор аннулируется. Эти лица признаются невиновными. Они передаются на территорию Российской Федерации уже юридически очищенными. То есть приговор снимается. И вопрос о том – какой приговор? Там были и такие, которые были осуждены на пожизненное лишение свободы тоже. Поэтому срок приговора здесь не играет роли. Если принимается решение о том, что это лицо будет находиться в тех, кто будет идти на взаимное освобождение, то тогда срок не будет решающим фактором для того, чтобы принимать или не принимать решения о помиловании и о передаче этого лица на территорию Российской Федерации.

currenttime

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Back to top button
Подписаться на новости

Подпишитесь на наш еженедельный информационный бюллетень ниже и никогда не пропустите новейший продукт или эксклюзивное предложение.