Loading...
Loading...
Выбор СвободыНестоличная РоссияНовостиПолитика

Удары со спины. Противника войны избили после пикета

Бывший педагог Константин Ларионов после 24 февраля записал ролик с призывом прекратить войну с Украиной, затем вышел в центр Калуги на пикет с плакатом «Нет войне». После этого 26-летнего активиста оштрафовали за «дискредитацию вооруженных сил России», его фотография и домашний адрес появились на сайте калужских борцов с теми, кто осуждает войну с Украиной. Педагога жестоко избили в подъезде собственного дома. Константин Ларионов рассказал Радио Свобода, чем рисуют активисты, которые решаются выступать против войны.

– Какой была ваша реакция на новость о начале войны с Украиной?

У меня слезы текли из глаз. Я не ожидал такой реакции от себя

– Первое время после 24 февраля у меня был шок, потом я попросил товарища помочь мне записать видеообращение. Я встал на площади Победы около Вечного огня, и я сказал, что «спецоперация» это плохо, нас другому учили ветераны Великой Отечественной войны, когда приходили к нам в школу. Меня задержали и вручили предостережение, которое я отказался подписывать. В своих аккаунтах в соцсетях я делал посты о разрушении зданий и смертях в Украине, я нарисовал плакат «Нет войне», взял с собой зубную пасту и щетку на случай ареста и встал в пикет. Год назад, когда я стоял в пикете против налоговых льгот «Газпрому», в центре Калуги меня ударил человек, который представился активистом НОДа. Мы разговаривали, и, когда у нодовца кончились аргументы, он со спины ударил меня. С тех пор у меня на публичных акциях есть привычка оглядываться по сторонам. Так вот, когда я стоял в пикете против «спецоперации», меня кто-то ударил со спины и убежал, а я продолжил стоять, пока меня не забрали полицейские. Пенсионерки, проходившие мимо, выразили недовольство моим плакатом, они повторяли за федеральными каналами высказывания об Украине. Я им отвечал: «Как вы можете, ведь в Украине умирают мирные жители». У меня слезы текли из глаз. Я не ожидал такой реакции от себя. За меня вступилась девушка, которая проходила мимо. Бабушки перекинулись за нее. Нас с девушкой полицейские забрали в отделение полиции, мы сидели там и плакали.

Почему вы выходили на пикет и записали обращение?

– Есть те, кто поддерживает «спецоперацию», и им дают такую возможность, например, предоставляют эфиры в прайм-тайм по телеканалам. Я хотел показать что-то кроме риторики телеканалов, хотелось показать диалог, сострадание, примирение людей и стран, как ценности, о которых мы не должны забывать.

– За какие действия вас обвинили в дискредитации вооруженных сил?

Мне противодействуют люди, для которых закон – это пустое место

– За ролик и все мои посты, где был хештег «#нетвойне». Но обвинения и штраф стали не самыми страшными последствиями моего несогласия со «спецоперацией». 8 апреля я пришел с работы. Открыл дверь подъезда, и сзади меня ударили по голове. Видимо, на меня напали два человека. Я не видел или из-за травмы не запомнил их лиц. Я закричал о помощи, меня снова ударили в шею. Создалось впечатление, что эти люди были хорошо подготовлены. Они знали, в какое время именно в день нападения я должен был прийти домой. Избиение увидел с балкона сосед, он выбежал ко мне, преступники убежали, сосед довел меня до квартиры. Я в полубессознательном состоянии позвонил родителям. Сосед позже сказал, что на напавших были черные толстовки с капюшонами.

Константин Ларионов после нападения на него в Калуге

– Каковы были последствия нападения?

– Я получил черепно-мозговую травму, травмы лица и шеи. Несколько недель не мог работать, две недели не выходил из дома. Но самым обидным было понимание того, что я всегда старался действовать в рамках закона, а мне противодействуют люди, для которых закон – это пустое место.

– Вы связываете нападение с вашими антивоенными акциями и публикациями?

– В Калуге есть группа, которая размещает в телеграм-канале фотографии жителей с антивоенной позицией. Там выложили мои фотографии, домашний адрес и телефон. После того как меня избили, в этой группе появились фотографии меня с ранами. Публикация сопровождалась комментариями “Получил по заслугам”. Насколько я знаю, люди, чьи фото размещены в этой группе, жаловались на этот канал в полицию, но никаких мер предпринято не было. Когда я увидел в этой буллинг-группе человека, который ещё несколько лет назад учил меня психологии в университете, я поспешил найти ее соцсети, чтобы предложить преподавательнице помощь, если она ей понадобится. Конечно, я понимал и предполагал, что буллят и преследуют в этой группе людей с пацифистской позицией. Я был рад, что те, кто имеет публичность, тоже не испугались где-то высказаться, когда это было возможно и, наверное, чуть более безопасно, в начале событий.

– Эта же группа в телеграме, как сообщила «Медизона», разместила данные епископа пятидесятнической церкви «Слово жизни» Альберта Раткина. После этого его машину облили краской и исписали знаками V и Z. Пытались ли вы привлечь напавших на вас к ответственности?

– После нападения я вызвал полицию. К тому времени, как она приехала, меня уже успели отвезти в больницу. Из больницы я снова вызвал полицию. Полицейские обещали перезвонить, но не сделали этого. Заявление в отделе полиции я написал на следующий день. Никакого ответа я до сих пор не получил.

– Почему вы решили перестать заниматься политикой?

Я и другие молодые люди, несогласные с действиями власти, переживут сегодняшних руководителей России

– Сейчас это стало очень опасным. Если я продолжу участвовать в уличных акциях, меня могут сделать инвалидом или убить, на меня, скорее всего, возбудят уголовное дело и отправят в тюрьму. Я решил пока перестать заниматься федеральной политикой, но я найду возможность сохранять понятие нормальности, общаться с людьми на обществоведческие темы. Моя задача – сохранить тех, кто понимает, что чёрное это чёрное, а белое это белое, что жизнь человека – это самая главная ценность.

Даже если сейчас мы вынуждены с большой осторожностью подбирать фразы, то это не должно стать нормальным. Нормальность – это свобода и дружба людей и стран.

– Вы не собираетесь эмигрировать?

– У меня нет иллюзий по поводу эмиграции. Кроме того, я сомневаюсь, что мне в Европе дадут убежище, потому что сейчас там много беженцев из Украины, которым такая помощь нужна больше, чем мне. Я не знаю, насколько я нужен где-то, кроме России. В другой стране мне придется тратить много времени на выживание, и у меня на помощь людям не останется сил.

В России я найду способ быть полезным и рассказывать жителям моей страны и города правду. Я и другие молодые люди, несогласные с действиями власти, переживут сегодняшних руководителей России. Ведь нам придется строить прекрасную Россию будущего. Но я сделаю в ближайшее время загранпаспорт, чтобы мне было куда отступать.

Константин Ларионов, бывший учитель дополнительного образования

Константин Ларионов, бывший учитель дополнительного образования

– Когда вы поймете, что пора отступать?

– Сейчас я делаю все, чтобы такого момента не настало. Если продолжатся преследования, несмотря на то что я перестал высказываться на внешнеполитические темы.

– Россияне часто слышат от украинцев и жителей других стран, что они мало противостояли Путину и виноваты наряду с российской властью в войне с Украиной. Что вы об этом думаете?

Я считаю, что ничего нет хуже войны

– Обиду жителей Украины могу понять, но они не представляют ситуацию, в которой боролись российские активисты. Мы тут работали на пределе своих возможностей. Нас избивают, арестовывают, сажают по сфабрикованным делам, вынуждают эмигрировать. Силовая структура России огромная, разветвленная и конкурирующая друг с другом. Она заточена на одно – сохранять действующую власть, и силовики хорошо научились это делать.

– Вы состояли в КПРФ. Соратники по партии вас после нападения поддержали?

– После моего пикета в марте меня на собрании исключили из КПРФ из-за нарушения дисциплины партии. Она выступила в поддержку «спецоперации». Одновременно с этим я подал заявление о собственном решении выйти из КПРФ в связи с несогласием с позицией партии по этому вопросу. Я всегда интересовался мнением товарищей по партии, большинство выступило в поддержку «спецоперации», а я считаю, что ничего нет хуже войны. Я не могу назвать себя коммунистом в понимании верхушки компартии или в соответствии с коммунистическим учением. Реформы в России могут быть не только левого толка, в первую очередь я выступаю за благополучие граждан, за демократическое устройство и центристскую политику.

– Как вы сейчас представляете свое будущее?

– Никаких федеральных и внешнеполитических тем я не могу поднимать из-за своей безопасности и моих близких. Будущее моего поколения из-за экономической ситуации в России весьма туманно. Я буду разговаривать с людьми, налаживать контакты. Когда-нибудь плохой период нашей истории пройдёт, и уже нынешняя молодежь выйдет на политическую сцену, готовая к реформам и построению демократической России. И я верю в перемены. Власть пытается создать иллюзию абсолютной поддержки их политики, но это не так. Об этом свидетельствуют данные независимых соцопросов. Люди весьма часто не хотят много и долго слышать столько негативных новостей, это свойство человеческой психики – стараться избежать проблем. Люди правых взглядов существуют в любой стране мира, но, на мой взгляд, это не должно быть нормой в любом государстве. Тех, кто идет против генеральной линии пропаганды, не должны избивать. К сожалению, такое происходит. Тем не менее, природа человека быть мирным и дружелюбным, а значит, есть шанс на то, что добро победит.

– Вы не чувствуете, что вас сломали?

– Замечали, как военная риторика вступила в нашу жизнь? Так вот, используя эту риторику, я скажу: «Я буду отступать, но бой еще не проигран».

«24 saat»

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Back to top button
Подписаться на новости

Подпишитесь на наш еженедельный информационный бюллетень ниже и никогда не пропустите новейший продукт или эксклюзивное предложение.