В РоссииВыбор СвободыНовостиПолитика

«Заткнуться и сидеть тихо»: список иноагентов пополняется

В России – новый виток репрессий в отношении журналистов. Издание «Проект» по решению Генпрокуратуры признали нежелательной организацией, а ряд журналистов внесли в реестр иностранных агентов. Пополнился и список некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента. Министерство юстиции включило в него Институт права и публичной политики. Эксперты говорят о желании власти зачистить информационное пространство перед выборами и покончить с независимой расследовательской журналистикой в России.

«15 июля 2021 года в Генеральной прокуратуре Российской Федерации принято решение о признании нежелательной на территории Российской Федерации деятельности иностранной неправительственной организации Project Media, Inc. («Проект Медиа») (США). Поводом для принятия данного решения послужило то, что её деятельность представляет угрозу основам конституционного строя и безопасности Российской Федерации», – говорится в сообщении надзорного ведомства.

 

Журналистов «Проекта» Романа Баданина, Петра Маняхина, Ольгу Чуракову, Марию Железнову, Юлию Лукьянову, а также журналистов издания «Открытые медиа» Юлию Ярош и Максима Гликина и журналистку Русской службы Радио Свобода Елизавету Маетную внесли в список иностранных агентов.

 

В конце июня полиция пришла с обысками к главному редактору «Проекта» Роману Баданину, корреспонденту издания Марии Жолобовой и заместителю главного редактора Михаилу Рубину. Адвокаты журналистов сообщили, что обыски связаны с делом, возбуждённым по статье о клевете, по которому потерпевшим проходит бизнесмен Илья Трабер.

Директор защиты прав СМИ Галина Арапова объяснила Радио Свобода, что грозит организациям, объявленным в России нежелательными, и связала это с расследовательской деятельностью журналистов «Проекта»:

— Это уже не первый случай, когда американские юридические лица признаются нежелательными организациями. Сам статус нежелательной организации появился вместе с «законом Димы Яковлева» в 2012 году. Этот закон запретил американцам усыновлять российских детей из детских домов, и одновременно с этим нежелательными организациями были признаны ряд американских благотворительных фондов. Это такой политический месседж – мы не признаем и не приветствуем американское участие в российских делах. Это не столько юридическое, сколько политическое решение. Если государство объявляет нежелательной организацию, которая занимается опасной враждебной деятельностью, например, «Талибан», то это понятно. Если это организация, которая, связана с журналистами, – это не очень понятно. С другой стороны, мы понимаем, что «Проект» и четверо журналистов, которые были признаны иностранными агентами, занимались журналистикой расследований. Их расследования были достаточно громкими. За последние два года они опубликовали много расследований, которые поднимали вопросы коррупции, нарушений закона как в бизнесе, так и в среде крупных чиновников. Надо сказать, что ни одно это расследование, связанное с коррупцией, не закончилось проверками правоохранительных органов, как можно было бы ожидать.

– Какую цель преследуют власти, объявляя «Проект» нежелательной организацией? Напугать журналистов?

– Инструмент, который выбрала Генпрокуратура – признать нежелательной организацией юридическое лицо, связанное с публикацией журналистских расследований в России. И это сделано неслучайно. Цель — не просто послать какой-то месседж журналистам. На самом деле, это достаточно серьезно ограничивает возможность распространения материалов о журналистских расследованиях, которые до этого были ими опубликованы. Потому что, по российскому закону, информационные материалы нежелательных организаций вообще не могут распространяться в РФ. Это означает, что если эти материалы будут распространяться, то сайт будет заблокирован. Это такая конкретная гильотина для текстов. Это первый случай удара по журналистскому информационному проекту путем признания их партнеров нежелательными. Таким образом, признание этой организации нежелательной бьет по журналистским расследованиям. И это первый прицельный удар именно по медиапроектам. Поскольку там прописан прямой запрет сотрудничества с этой организацией и распространения ее материалов, то мы понимаем, что главной целью является поставить большой жирный крест на расследованиях, которые они уже опубликовали. Сейчас эти материалы должны уйти, условно, в архив, – рассказала директор Центра защиты прав СМИ Галина Арапова.

Журналист независимого издания «Важные истории» Роман Шлейнов уверен, что власти расправляются с «Проектом», потому что боятся новых громких расследований, героями которых, как правило, становятся высокопоставленные чиновники и сам президент Владимир Путин:

– Судя по всему, это тенденция. Президент и власти взяли общий курс на то, что нужно всеми способами избавиться от независимых проектов и структур, которые занимаются журналистскими расследованиями. Почему власти принимают такое решение? Потому что они вынуждены реагировать на наши расследования. После расследования «Важных историй», касающегося путинской дочери и ее бывшего мужа с их бизнес-интересами и зарубежной собственностью, Путина спросили во время прямой линии, что он об этом расследовании думает. И он был вынужден отвечать на этот вопрос. И он показал, что у него и верхушки российской власти совершенно параноидальное представление о реальности. Они считают, что вся критика со стороны журналистов, которые сейчас работают в этих мелких независимых изданиях и независимых структурах, инспирирована западными спецслужбами и западными недоброжелателями. А журналисты на самом деле не журналисты, а люди, которые работают на западные спецслужбы. Если президент так думает на самом деле, это печальная картина. Потому что это означает, что он взял курс на полное уничтожение независимой журналистики. Благодаря ему работать журналистом-расследователем в больших изданиях в России стало невозможно.

-Есть ли будущее у журналистов-расследователей в России?

– Многие из нас работали в крупных изданиях, и мы прекрасно знаем, чем все это закончилось. На владельцев этих крупных изданий и на редакторов оказывалось огромное давление, чтобы наши расследования не выходили. После этого журналисты ушли работать в небольшие независимые проекты, которые занимались расследовательской журналистикой. Они никак не были связаны с крупными изданиями и, соответственно, давить на них было невозможно. Просто некуда звонить. Видимо, поэтому властью было принято решение, что работу этих журналистов-расследователей нужно прекратить. Ведь громкие расследования выходили и выходят. Есть расследования «Проекта» про министра внутренних дел, его связи и спрятанную недвижимость. Они нашли Светлану Кривоногих, акционерку Банка России, которая оказалась близким человеком Путина. Показали, как получаются эти средства, как эти средства расходуются, как друзья президента обеспечивают прекрасную жизнь его близким людям, хотя Путин всегда говорит, что никаких денег сам не имеет. «В гробу карманов нет – с собой не унесешь», – знаменитая фраза Владимира Владимировича. Поэтому взят курс на на уничтожение всех этих расследовательских проектов. Наша тема – про Кирилла и Катю, про дочь российского президента и ее бывшего мужа, – тоже оказалось громким расследованием. Даже несмотря на то, что мы не принадлежим к крупным изданиям, сейчас ситуация такова, что то, что вышло в Интернете, то, что вышло на Ютюбе, набирает огромное количество просмотров, поскольку в России есть потребность в расследовательской журналистике. Люди активно интересуются расследованиями, потому что они нигде их не видят. Власти зачистили все пространство. Они не знали, что с ними делать, и они решили их закрыть или выдавить журналистов из страны.

–​ Опасаетесь ли вы за свое собственное издание, в котором сейчас работаете? Считаете ли вы, что такой удар по «Проекту» – это сигнал всем расследователям? Каким вам видится сейчас будущее «Проекта»? Они могут продолжать работать как журналисты расследователи?

– Каким образом? Где? После того как вас объявляют нежелательной организацией, следующий шаг – это уголовное дело. Ведь следом за тем, как организация объявляется нежелательной, ее основатель попадает под уголовное дело с возможностью посадки на определенный срок. Выбор у людей, которые оказываются в такой ситуации, невелик. Сотрудничать и работать на нежелательную организацию в России невозможно под угрозой уголовного дела. Поэтому люди просто ставятся перед выбором – либо вы прекращаете работать, либо вы уезжаете из страны. Вот простая ситуация, которую диктует российская власть. Они не хотят видеть людей, которые проводят расследования и пишут о ближайшем окружении российского президента.

–​ Не опасаетесь ли вы, что с вами могут поступить точно также?

– Мы не знаем, что произойдет. Вся прелесть ситуации в том, что мы не знаем, что произойдет в течение недели, что взбредет в голову отдельно взятому чиновнику, какой доносчик прибежит в Генпрокуратуру с тем, чтобы сообщить, что надо срочно запретить эту организацию и сделать ее нежелательной. Мы работаем. Чем все закончится – нам неизвестно, – рассказал журналист «Важных историй» Роман Шлейнов.

Политолог Аббас Галлямов уверен, что новые репрессии против журналистов и общественных организаций связаны с приближающимися выборами в Госдуму осенью этого года:

– Это продолжение того тренда, который начался после возвращения Навального. Связан он с выборами и резким ослаблением позиций властей. Рейтинг «Единой России» сейчас колеблется в районе 27-28%, и он падает. В этой ситуации победить можно только при полном отсутствии конкуренции, при полном отсутствии критики, при тотальном стопроцентном доминировании властей в информационном пространстве. Поэтому идет наступление на всех направлениях – и на СМИ и журналистов, и на оппозиционеров, и на неправительственные организации, и на правозащитников и так далее. Проще говоря, чем меньше у власти возможностей повлиять на исход выборов с помощью политического инструментария, с помощью пропаганды, тем сильнее ей приходится вводить административные ресурсы. Сигнал обществу – никакой оппозиции быть не может,  вся оппозиция должна заткнуться и сидеть тихо, а власть сильна и победит во что бы то ни стало. Примерно такой месседж власть и пытается всем послать, – считает политолог Аббас Галлямов.

Ранее СМИ в России не признавали «нежелательными». В 2017 году Роскомнадзор заблокировал сайт издания «Открытая Россия» из-за статуса «нежелательных организаций» у зарегистрированных в Великобритании Open Russia и Otkrytaya Rossia. Ведомство также блокировало их зеркала, после чего редакция решила создать новый проект «МБХ медиа».

«Проект» – российское интернет-издание, созданное в 2018 году журналистом Романом Баданиным. Специализируется на расследовательской журналистике.

«Открытые медиа» – издание, созданное в 2017 году при поддержке Михаила Ходорковского. Главный редактор – Юлия Ярош. В конце июня издание опубликовало расследование о бизнес-связях дочери министра обороны России Сергея Шойгу, недавно возглавившего федеральный список партии «Единая Россия» на предстоящих в сентябре выборах в Госдуму. Родственники Шойгу «организовали многомиллиардный бизнес с помощью российского бюджета и связей министра», а выручка компаний, связанных с семьёй министра обороны, по данным «Открытых медиа», за прошлый год достигла 3 млрд рублей.

В список СМИ – «иностранных агентов» в настоящее время включены 28 физических лиц и редакций, среди них – 10 русскоязычных проектов медиакорпорации Радио Свободная Европа/Радио Свобода и четверо сотрудничающих с Русской службой РС журналистов. РСЕ/РС считает законодательство о СМИ – «иностранных агентах» репрессивным и оспаривает правомерность его применения в российских судах и Европейском суде по правам человека.

Source link

«24 saat» — на русском

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button