Loading...
Loading...
Выбор СвободыИсторияНовостиПолитика

Конец 6-й статьи. Как коммунисты утратили монополию на власть

30 лет назад, в 1990 году после грандиозных протестов в центре Москвы была изменена 6-я статья Конституции СССР о «руководящей роли» Компартии. Сегодня мы вспоминаем, как это произошло.

Укоренение в Конституции СССР руководящей роли Коммунистической партии – прямая заслуга Леонида Брежнева. В сталинской Конституции 1936 года партия большевиков хоть и упоминалась, но жесткие акценты еще не были расставлены. Пресловутая 6-я статья появилась в Конституции 1977 года. В ней говорилось:

«Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза. КПСС существует для народа и служит народу. Вооруженная марксистско-ленинским учением, Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придает планомерный научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма. Все партийные организации действуют в рамках Конституции СССР».

В 1989 году главным инициатором и вдохновителем борьбы за отмену 6-й статьи стал Андрей Сахаров. В мае того года в Москве открылся 1-й Съезд народных депутатов, и межрегиональная депутатская группа (МДГ), сопредседателями которой были Виктор Пальм, Андрей Сахаров, Юрий Афанасьев, Гавриил Попов и Борис Ельцин, с самого начала выступила с предложением начать рассмотрение вопроса об изъятии этой статьи из Конституции. Тогда мало кто верил, что кампания увенчается успехом, – это сегодня нам очевидно, что крах КПСС был предрешен, а тридцать лет назад такой уверенности ни у кого не было.

Спустя полгода, уже на первой сессии 2-го Съезда народных депутатов СССР Сахаров выступает с речью, в которой звучит требование включить в повестку вопрос об отмене 6-й статьи. Еще до открытия форума МДГ призывает к всеобщей политической забастовке с требованиями «политического плюрализма», введения многопартийной системы и немедленной отмены пункта в Конституции, фиксирующего руководящую роль КПСС. На 2-м съезде оппозицию делегатам, требующим демократических реформ, возглавил Михаил Горбачев. Его аппаратного опыта хватает на то, чтобы удержать ситуацию, да и большинство делегатов съезда придерживались вполне консервативных взглядов и не собирались идти на поводу у демократов. Вопрос был решен в пользу Горбачева, съезд даже не включил в повестку вопрос об отмене 6-й статьи.

Это важный момент: за два месяца до исторического пленума ЦК КПСС, на котором Горбачев сам выступит с революционной инициативой отмены 6-й статьи, он яростно борется за ее сохранение и пребывает в твердой уверенности, что сможет сохранить контроль над ситуацией в стране, не допустить снижения роли родной партии в жизни СССР. Ни о каком «развале КПСС» в то время речи не шло.

  • Отмену 6-й статьи Конституции по своей значимости для общественной жизни России часто сравнивают с реформой Александра II, с уничтожением крепостничества. Действительно, оба этих революционных преобразования крайне важны и случились как бы по инициативе сверху, но под давлением низов и исторических обстоятельств. Правда, есть и существенные различия. Отмена крепостного права, что называется, витала в воздухе с середины 50-х годов 19-го века, когда по рукам начала ходить знаменитая «Записка об освобождении крестьян» историка и публициста Константина Кавелина. Кавелин был уверен, что освобождение крестьян даст старт и другим реформам – «преобразованию суда, устранению цензурного гнета, военной реформе, развитию просвещения». При этом сам публицист готов был к самопожертвованию, характеризуя свою миссию как «святейшую из святейших обязанностей, хотя бы в конце ее стояли крепость, Сибирь или виселица». На виселицу Кавелина не отправили, однако он лишился поста наставника цесаревича и был уволен из Петербургского университета. Про него также начали говорить, что он «поет с голоса английского премьер-министра Пальмерстона». (Про академика Сахарова спустя немногим более ста лет писали примерно то же.) Тем не менее, эти «репрессии» не помешали тому, чтобы «Записка» Кавелина легла в основу Манифеста государя, освобождающего крестьян.

Андрей Сахаров
  • За пять лет до отмены 6-й статьи Конституции в СССР никто даже помыслить не мог о подобной перспективе. В декабре 1986 года Михаил Горбачев только вернет Андрея Сахарова из горьковской ссылки, где тот провел шесть лет практически в полной изоляции. Сахаров не доживет до отмены 6-й статьи Конституции всего несколько месяцев. Андрея Дмитриевича не станет 14 декабря 1989 года.

4 февраля 1990 года состоялась, возможно, самая массовая акция в истории современной России. Сотни тысяч людей прошли по Садовому кольцу, вышли на улицу Горького и спустились к Манежной площади, где и состоялся митинг. С трибуны тогда выступили чуть не все лидеры демократического движения – Борис Ельцин, Галина Старовойтова, Глеб Якунин, Олег Румянцев, Владимир Лысенко и многие другие. Подавляющее большинство лозунгов, с которыми стояли демонстранты, требовало отмены 6-й статьи. Одним из пунктов резолюции митинга стало прямое обращение к Пленуму ЦК КПСС с тем же самым призывом.

Февральский пленум открывался на следующий день. На нем Горбачев предложил ввести пост президента СССР и отменить 6-ю статью Конституции, тем самым фактически легализовав многопартийную систему. Оказала ли влияние на это решение мощная уличная акция в центре Москвы и демонстрации в десятках других городов России? Вероятнее всего – решающее. Но были и другие причины: экономическая ситуация в стране резко ухудшилась, наблюдалось заметное сокращение численности КПСС, люди стали выходить из партии.

Одна из многотысячных демонстраций на Манежной площади Москвы в 1990 году

Одна из многотысячных демонстраций на Манежной площади Москвы в 1990 году

Расширенный пленум ЦК проходил весьма бурно. Вот что позднее о его атмосфере напишет Анатолий Собчак:

«Практически все, выступавшие тогда, негативно отнеслись к предложению генсека об отмене 6-й статьи. Более того – в самых резких тонах клеймили «так называемых демократов», говорили о дискредитации партии и социализма и были настроены весьма решительно. А потом так же единодушно проголосовали «за».

Означает ли это, что партийная верхушка сдалась? Вовсе нет. И сам Михаил Горбачев в начале 1990 года был настроен все еще очень решительно. Вот отрывки из стенограммы его выступлений на заседаниях Политбюро.

22 февраля:

«Наши оппоненты соединились против нас. А мы миндальничаем. По морде надо давать. На ТВ монополию захватила публика – и в политическом, и в моральном плане подонки. Люди без морали. Ведь даже на западе серьёзные люди видят, что наши оппоненты – несерьёзный народ. Удивляются, как они завладели средствами массовой информации».

2 марта:

«К чему анализ приводит? Оппозиция и её митинги – против КПСС, против КГБ. Она – против президентства. Это всё – фронтально. Против президента почему? Нужны непорядок и анархия, тогда легче действовать в своих целях. И пропаганда программы «Демократической платформы» и «Демократической России» – соответственно прославление лиц, которые себя обозначают как лидеров. Всё это, повторяю, очень серьёзно. Направленность этих людей ясна: раз нет политических доводов – клевещи, клевещи. Надо видеть, что они замышляют: нагнетать ситуацию с помощью предвыборных митингов, давить, расшатывать государственные структуры. Власть, кричат они, валяется в пыли. Её надо только поднять. С верхушкой этой публики нам делать нечего. Мы уже пытались некоторых оппозиционеров включить в общую работу, но они сами себя объявили ниспровергателями президентства. В Верховном Совете вычленять здоровое ядро депутатов. Помнить, что оппозиционеры работают там без устали с каждым индивидуально. Не давать спуску оппозиции. И когда почувствуют, что мы размежёвываемся с ней по принципиальным положениям, здоровые силы будут перетекать на прогрессивные позиции. Это относится и к левым, и к консервативным депутатам. Там тоже есть сволочная публика, как и у левых, которые втягивают даже пэтэушников – тоже мне, реальная сила! А крайних – и слева, и справа – изолировать»!

Любопытно, что Горбачев на этих совещаниях уже называет себя «президентом», хотя формальное решение об учреждении этого поста будет принято только спустя две недели, на 3-м внеочередном Съезде народных депутатов. В начале 1990 года решение пленума ЦК КПСС он все еще воспринимает, как окончательное и бесповоротное.

Президент СССР Михаил Горбачев с Анатолием Лукьяновым, 15 марта 1990 года

Президент СССР Михаил Горбачев с Анатолием Лукьяновым, 15 марта 1990 года

14 марта 1990 года был принят Закон «Об учреждении поста Президента СССР и внесении изменений и дополнений в Конституцию СССР». Михаил Горбачев, казалось бы, приобрел грандиозные полномочия, которыми, впрочем, воспользоваться не успел. Теперь глава государства, как Верховный главнокомандующий, лично назначал и смещал военное командование, представлял Верховному Совету СССР, а затем Съезду народных депутатов на утверждение и освобождение от должности председателя Правительства СССР, Верховного суда, генерального прокурора, председателя Высшего арбитражного суда СССР. Президент наделялся правом вводить военное или чрезвычайное положение в отдельных районах страны, временное президентское правление, объявлять мобилизацию. Президент СССР возглавлял Совет Федерации, в который входили вице-президент СССР и президенты республик. Надо думать, такое мощное укрепление вертикали власти и заставило партийное руководство смириться с отказом от «руководящей роли партии», позволило им надеяться, что Михаил Горбачев сможет удержать ситуацию. Когда выяснилось, что этим надеждам сбыться не суждено, случился путч.

На самом деле никакой отмены 6-й статьи не произошло. Она осталась на своем месте, изменился только текст. В новой редакции 6-я статья Конституции СССР звучала теперь следующим образом: «Коммунистическая партия Советского Союза, другие политические партии, а также профсоюзные, молодежные, иные общественные организации и массовые движения через своих представителей, избранных в Советы народных депутатов, и в других формах участвуют в выработке политики Советского государства, в управлении государственными и общественными делами». Фактически с этого момента КПСС утрачивает монополию на власть, и в СССР легализуется многопартийная система, которая к тому моменту де-факто уже существовала.

Исключение из Основного закона страны формулировок, констатирующих главенствующую роль КПСС в жизни народа, имело огромное символическое значение, явно недооцененное в то время коммунистическим партийным руководством. Именно в этот момент страна вдруг осознала, что власти большевиков пришел конец. Вся партийная конструкция, строившаяся десятилетиями, мощная и незыблемая, в одночасье вдруг утратила жесткость, расшаталась во всех своих соединениях и рухнула к ногам пораженного народа в тот момент, когда он этого даже не ожидал. Но народ так и не понял, что делать с этой кучей мусора. И поскольку металлолом вовремя не убрали, площадку не расчистили, со временем там, как в фантастических блокбастерах, возродилась жизнь.

Source link

TieLabs HomePage

Related Articles

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Back to top button
Подписаться на новости

Подпишитесь на наш еженедельный информационный бюллетень ниже и никогда не пропустите новейший продукт или эксклюзивное предложение.